На огромном жертвенном камне в полуразрушенном куполе старой ратуши лежал младенец и во всю силу детского крикливого голоса звал маму. Но мамы здесь не было, был только холодный и твердый камень внизу и страшная темнота вокруг. Когда нежное тело карапуза ощутило теплое, влажное дыхание, плачь прекратился. Кто-то большой и теплый стоял рядом и смотрел на него. Вот он наклонился, и большой шершавый язык начал так щекотно делать то тут то там, снова и снова. Коротенькие ножки и ручки заколотили по мохнатой морде существа, радостный смех заполнил окрестную тишину. Ребенок смеялся, извивался, наконец-то к нему пришла эта большая добрая тятя, чтобы поиграть с ним. Но только смех в раз смолк, сменившись оцепенелым ужасом, когда огромная крылатая тварь встала на задние лапы и из ее клыкастой пасти вырвался невыносимый для человеческого слуха ликующий крик.
- Их дети их дело. Я еще раз тебе говорю, твоя затея - глупость. Отговаривать тебя вижу бесполезно, но я в этом не участвую, - усталым голосом ответил его собеседник.
- Но почему? Неужели тебе все равно?
- Пойми, убивать это их "божество" бессмысленно. Неужели ты думаешь, что они не найдут другую тварь, которой можно было бы скармливать младенцев? Людям нужно во что-то верить. Только и всего.
- Ты только прикрываешь трусость своей философией и этими книгами! - сплюнул под ноги молодой человек, и раздраженным быстрым шагом направился прочь.
- Береги себя, они того не стоят! - донеслось ему во след.
- Чай будешь? - спросил мужчина. - Я только поставил. Правда у меня ничего нет, только хлеб, но хлеб хороший.
- У Вас всегда вкусный хлеб, Вы же сами печете, - ответил парень, садясь за грубо сколоченный деревянный стол.
- Что верно то верно, хлеб всему голова! - рассмеялся польщенный хозяин.
Внезапно раздался скрежет когтей по металлу. Запах свежего хлеба просочился сквозь дверь и привлек какую-то нечисть. Тварь колотила лапами по обшивке двери, из ее глотки то и дело вырывались шипение переходящее в визг. В комнате никто не обратил на звуки никакого внимания.
- Ходил недавно на запад, там на окраине библиотека была. Так вот, она хоть и разрушена до основания, но это настоящая сокровищница. Видимо люди туда боятся ходить, иначе давно бы все на растопку пошло.
Над чашами поднимись, вились и тут же растворялись в воздухе прозрачные струйки пара. Хлеб только что достали из печи, и он еще был горячим и очень вкусным. Парень болтал ногами на стуле и рассматривал комнату, не забывая то и дело отламывать хлеба и отхлебывать согревающего чая. Хозяин рассказывал о книгах, о прежних временах, когда еще жили писатели, создававшие целые миры, великих временах, наследие которых чудом сохранилось под развалинами старой библиотеки.
- Ладно, пойду я, - вздохнул мальчик, допивая последние капли из чашки.
- Может еще чашечку?
- Не, пора мне, - ответил он, вставая.
- Ну как хочешь. Книги вон там лежат, всего четыре. Пойдем расскажу какую кому отнести.
На полке в углу лежали четыре стопки исписанной бумаги. Мужчина взял первую.
- Вот эту в белый квартал, Кроту. Эту подложи незаметно Ньютону, он парень умный, но мои книги не любит. А ему нужно, он в последнее время совсем плохой стал. Остальные как обычно, веревочникам.
Вручив все четыре книги, он подошел к выходной двери, и резко ее открыл. Тварь снаружи завизжала и в панике развернувшись ускакала прочь, когда яркий свет обжог чуткие ночные глаза. Путь был свободен.
- Береги себя, - сказал он в напутствие, когда парень нырнул в проем и как тень растворился в ночном мраке.
***
- Они скармливают своих детей этому, монстру! Как ты можешь их защищать?!! - молодой охотник кричал на своего друга. - Скармливают детей, ты понимаешь? Своих детей!!- Их дети их дело. Я еще раз тебе говорю, твоя затея - глупость. Отговаривать тебя вижу бесполезно, но я в этом не участвую, - усталым голосом ответил его собеседник.
- Но почему? Неужели тебе все равно?
- Пойми, убивать это их "божество" бессмысленно. Неужели ты думаешь, что они не найдут другую тварь, которой можно было бы скармливать младенцев? Людям нужно во что-то верить. Только и всего.
- Ты только прикрываешь трусость своей философией и этими книгами! - сплюнул под ноги молодой человек, и раздраженным быстрым шагом направился прочь.
- Береги себя, они того не стоят! - донеслось ему во след.
***
Парень 12-ти лет воровато оглянулся, и быстро отстучал условный код по двери. Дверь открылась, осветив запачканное юное лицо ярким желтым светом, и закрылась сразу после того как парень быстро проскользнул внутрь. Внутри было тепло, светло и уютно.- Чай будешь? - спросил мужчина. - Я только поставил. Правда у меня ничего нет, только хлеб, но хлеб хороший.
- У Вас всегда вкусный хлеб, Вы же сами печете, - ответил парень, садясь за грубо сколоченный деревянный стол.
- Что верно то верно, хлеб всему голова! - рассмеялся польщенный хозяин.
Внезапно раздался скрежет когтей по металлу. Запах свежего хлеба просочился сквозь дверь и привлек какую-то нечисть. Тварь колотила лапами по обшивке двери, из ее глотки то и дело вырывались шипение переходящее в визг. В комнате никто не обратил на звуки никакого внимания.
- Ходил недавно на запад, там на окраине библиотека была. Так вот, она хоть и разрушена до основания, но это настоящая сокровищница. Видимо люди туда боятся ходить, иначе давно бы все на растопку пошло.
Над чашами поднимись, вились и тут же растворялись в воздухе прозрачные струйки пара. Хлеб только что достали из печи, и он еще был горячим и очень вкусным. Парень болтал ногами на стуле и рассматривал комнату, не забывая то и дело отламывать хлеба и отхлебывать согревающего чая. Хозяин рассказывал о книгах, о прежних временах, когда еще жили писатели, создававшие целые миры, великих временах, наследие которых чудом сохранилось под развалинами старой библиотеки.
- Ладно, пойду я, - вздохнул мальчик, допивая последние капли из чашки.
- Может еще чашечку?
- Не, пора мне, - ответил он, вставая.
- Ну как хочешь. Книги вон там лежат, всего четыре. Пойдем расскажу какую кому отнести.
На полке в углу лежали четыре стопки исписанной бумаги. Мужчина взял первую.
- Вот эту в белый квартал, Кроту. Эту подложи незаметно Ньютону, он парень умный, но мои книги не любит. А ему нужно, он в последнее время совсем плохой стал. Остальные как обычно, веревочникам.
Вручив все четыре книги, он подошел к выходной двери, и резко ее открыл. Тварь снаружи завизжала и в панике развернувшись ускакала прочь, когда яркий свет обжог чуткие ночные глаза. Путь был свободен.
- Береги себя, - сказал он в напутствие, когда парень нырнул в проем и как тень растворился в ночном мраке.
***
"Сейчас!" - скомандовал по рации предводитель группы, когда четверо заняли позиции со всех четырех сторон ратуши, взяв существо в окружение, а пятый приготовился выхватить ребенка из его лап. Первая стрела с востока заставила монстра прекратить ликующий крик и оглянуться. В этот момент человек схватил младенца и скрылся за ближайшей колонной. Клыкастая морда повернулась обратно на звук, и не обнаружив добычи разразилась шипящим воплем. В тот же момент в плечо вонзилась стрела северной стороны, и через мгновенье еще одна с южной. Тварь начала бешено метаться из одной стороны в другую, и ото всюду в нее летели острые жала стрел. Поняв, что она окружена, тварь расправила крылья, взмахнула, следом еще раз, еще и еще, поднимаясь к вершине купола, и с криком вылетела в дыру в крыше, взяв курс на запад.
Комментариев нет:
Отправить комментарий